Телекомпания АГА

КУКАРАЧА ИЛИ ОГРАБЛЕНИЕ ПО МЕКСИКАНСКИ

 

Друзья, как вы знаете, на нашем сайте мы постоянно знакомим вас с литературными произведениями президента Телекомпании «АГА», писателя Михаила Ашумова.
Не нарушая сложившуюся традицию, сегодня мы публикуем новый рассказ Михаила Назимовича. Надеемся, что он понравится вам, также, как и нам, и принесет много положительных эмоций. Приятного чтения!


КУКАРАЧА ИЛИ ОГРАБЛЕНИЕ ПО МЕКСИКАНСКИ

Пролог


Друзья мои! Давно известно, что зависть – двигатель прогресса. Особенно, если она белая. Завидуйте! Завидуйте на здоровье! Но белой завистью. Черную зависть гоните прочь!
От черной зависти люди становятся желчными, не спят по ночам, у них пахнет изо рта, начинается энурез, выпадают волосы, наступает импотенция и, в конце концов, черные завистники дохнут, как навозные мухи.
Зато белая зависть заставляет радоваться за других, желать себе только то, что хорошо и для остальных. То есть польза от белой зависти двойная.
И если вам удается достичь того, чему вы недавно по белому завидовали, например, съездить в трансатлантический круиз или еще что-нибудь в этом роде, то уже несколько десятков знакомых и просто чужих людей, в свою очередь, завидуют вам белой завистью, желая повторить это достижение. Тем самым вы стимулируете своих близких для новых свершений.
Итак, да здравствует белая зависть! Потому что благодаря ей наша жизнь становится интересней и насыщенней. Радости становится в два раза больше и всегда хочется поделиться хорошим со всеми, кто готов это принять.
А черная зависть – тьфу на нее!

Глава 1. Мы
Красавец круизный лайнер «Оазис», один из самых больших пассажирских кораблей в мире, причалил в порту маленького мексиканского городка, расположившегося на изумрудном берегу Карибского моря. Я специально не буду упоминать название этого городка из этических соображений, ну и, конечно, из соображений безопасности.
Мы сошли на берег и бодрым шагом потопали в сторону площади, где нас должен был ждать микроавтобус. Мы – это четыре семьи: четыре мужа, четыре жены и один сынок. Сынок, правда, выше папы, эдак, сантиметров на десять. Метр восемьдесят с гаком, если босиком.
Возраст у нас чуть выше среднего. О 45 до 60… Ну да, да, 60 – это как раз исполнилось мне. Признаюсь.
И только сын друзей, тот самый, метр восемьдесят, составлял молодое крыло нашей шумной кампании. Ребенку исполнилось 21 год, что для гражданина США, коим он являлся, есть официальный возраст совершеннолетия.
Все мы давние друзья, поэтому знаем друг друга как облупленных. По ходу повествования я расскажу о каждом подробнее. Единственное, что хочу добавить сейчас, это то, что мы являемся гражданами разных стран – России, США, Израиля, Азербайджана.
Тот день нашего круиза мы решили провести под знаком моего выхода на  пенсию. Дело в том, что, собственно, сама поездка была подарком мне и на юбилей, и, одновременно, началом пенсии. Моя семья сделала мне роскошный презент – круиз по Карибскому морю! А друзья решили поддержать компанию. Таким образом, когда в Москве «бушевали» январские каникулы, мели метели и скрипели морозы, вымерзая влагу в носу у китайских туристов на Красной площади, мы самым непотребным образом бултыхались в Карибском море.
С этим намерением наша компания и сошла на берег. В ожидании автобуса все пили коктейли и текилу, а я курил горькие мексиканские сигары.
- Ребята! Товарищи! Друзья!.. - это Толик пытался сделать практически невозможное - перекричать наш непрекращающийся жуткий гомон. Тем более что у Толика болело горло,  его и так было плохо слышно, а тут ещё наш «колхоз», где каждый слушал только самого себя.
- Какие у нас планы? – на всякий случай спросил я.
- Ребята!.. – хрипел Толик. - Ну дайте сказать!
- Опять он со своими планами! – шумели наши жены.
- Вы как хотите, а я на пляж пойду! – перекрикивала всех Лика. Завидую ее голосу.
- А магазины?! – это моя жена возникла из общего гомона. - Думай, что говоришь!
- Товарищи! – не унимался Толик. Напрасно. Надо сказать, что Толян у нас парень будь здоров. Ватерполист. Он был даже капитаном сборной команды Украины по водному полу на Олимпийских играх в Атланте. Толик мог попасть арбузом в голову продавца арбузов на расстоянии 50 метров с закрытыми глазами. Тем и был знаменит: бросок у него, почти без замаха, настолько резкий и сильный, что вратарь не успевал даже руки поднять.
Немного отвлекусь: однажды на каком-то первенстве голкипер соперников, дурак, обругал Толика. Тот обиделся и стал бросать мяч во вратаря. Не в ворота, не пасы раздавать, а прямо целился в голову голкипера. После второго попадания бедняга вратарь потерял сознание. А когда очухался, стал инстинктивно уклоняться от бросков Толяна. Но от него разве скроешься?! Особенно, если Толик обиделся. Не дай Бог! А так, в обычной жизни, он добряк! Мухи не обидит, пока не выпьет. Ну а как же без этого? Он же моряк. За «ЦСКА» ВМФ играл, как-никак. А там всё, что мокрое, пьётся без разговоров. Это школа серьёзная. Короче говоря, тот матч закончился тем, что последний гол был забит от головы уже третьего вратаря. Как в бильярде забивают «свояка». Причём, вратарь чуть не утонул. И это при том, что Толян играл, разумеется, совершенно трезвый.
- Люди! Ну, дайте сказать! - Толик честно пытался перекричать наших жен. Ха-ха-ха, наивный!
Мы, остальные три мужа, стояли в стороне и курили.
- Надо помочь, - сказал Эльмар, перевешивая пляжную сумку с одного плеча на другое.

Эльмар – интеллигентнейший парень. Всегда подтянутый, выбритый, с усами, похожими на усы покойного Омар Шарифа, пусть земля ему будет пухом… Хороший был артист.
- Эльмар! Уйди в тень! Не стой на солнце, - это его жена, Марина. - Или надень что-нибудь на голову!
Марина обожает проявлять заботу. Это у неё с молоком матери. Одень, раздень, поешь, не пей… Иногда бывает перебор.
Так вот, Эльмар относится к тому виду среднего класса, против которого с таким успехом борется наше правительство, декларируя прямо противоположное… Ну, хорошо, хорошо, выражусь иначе: «Эльмар - это средний класс, против которого с таким успехом борется любое правительство!» Так нормально?
Подумайте сами - что имеет любое правительство со среднего класса? Ничего. Что с него возьмёшь-то? А что правительство имеет с богатых? Всё. Что это «всё» перечислять не буду, сами знаете…
А что имеет правительство с бедного класса? А! Оно имеет с бедного класса тот страх, который заставляет богатый класс отдавать правительству то «всё», о котором я упомянул выше. Теперь понятно, почему средний класс нужен любому правительству как зайцу «стоп-сигнал»? Как заноза в заднице, как… В общем, не нужен средний класс никому, кроме себя.
Фу… На минуту почувствовал себя Карлом Марксом в молодые годы, не к ночи будет помянут…

Вернемся к Эльмару. Тишайший, интеллигентнейший человек, если не выпьет. Один недостаток: медленно ест. Много, но очень медленно. Огромную отбивную жует тщательно, как последний раз в жизни. Особенно когда выпивает. По чуть-чуть. Не подумайте чего! И ест по чуть-чуть и запивает по чуть-чуть. Мало-помалу, но часто. При этом педант и аккуратист. Даже на пляж едет в сорочке и пиджаке.
Интеллигентнейший парень. А голос у него! О! Надо только дождаться, пока свою норму не наберёт. А там уже только слушай: голос - в опере можно выступать. Особенно это: «А белый лебедь на пруду качает старую метлу…» Или что-то там другое качает, я приврал, наверное. При этом он всегда на жену свою так смотрит! Ну, когда про метлу старую поёт, то есть. Мне аж страшно становится за Маринку. Я бы в этот момент не хотел быть его женой, нет! А так - муху не обидит. Тише воды… Только усами шевелит. Марина – она же израильтянка, если что, спуску не даст. Улыбается, конечно, очень мило. И так, с этой улыбкой, «строит» Эльмара, как считает нужным. Он даже не всегда это замечает. Оно и хорошо.

- Пошли Толику поможем.
- Ну, пошли, - мы с Рафом присоединились.
- Девчонки, какие планы? – спросил я в очередной раз.
- Да ты достал со своими планами! – это моя развыступалась. Хочет показать, что я ей нипочем. Она так самоутверждается. Ну-ну, пусть порезвится до поры.
- Говори Толик! – поддержал его я.
- Ребята, - произнес Толик, - сегодня годовщина нашей свадьбы с Ликой!
- Сочувствую, - в один голос сказали мы с Рафой.
Эльмар промолчал. Интеллигент, что скажешь. Бедняга.
- Сволочи, - улыбнулась Лика, ласково держа Толика за горло.
- Это они от зависти, - сказала Яна, жена Рафы и многозначительно пронзительно посмотрела на Рафу поверх очков. Рафа захлопнул рот, проглотив комментарий по этому поводу, ну, а я не удержался.
- Конечно, завидуем, Яночка! Все мужики завидуют другим мужикам, считая, что уж у него-то жена так жена, не то, что у меня. По той простой причине, что про свою ты уж точно знаешь, что все лучшее в ней осталось по ту сторону брака.
- Правильно. Но промолчать я не могу, - сказал Толик. - Мы уже давно на этой стороне. Сегодня годовщина, надо помянуть… то есть отметить!
- Это хорошо. За обедом выпьем за вашу свадьбу, - поддержал Рафа. – Отметим как надо!
- Секундочку, - возразил я, - а как же моя пенсия? Мы собирались обмыть ее в мексиканском ресторане!
- Ничего не знаю, - опять заявила Лика, - вы как хотите, а я поеду на пляж!
Тут опять все загалдели, как подорванные.

Рафа выше всех нас ростом. Это настоящий типичный американский бизнесмен: высокий, красивый, в очках. Он заимел лысину со стороны лба и небольшие усы, как у покойного Граучо Маркса. Пусть земля ему будет пухом. Хороший был артист, этот Граучо.
Большое достоинство Рафы ещё и в том, что если он немного выпьет, например, текилы или вискаря, то вид его становится еще более солидный и грозный. В отличие от других, у которых после выпитого речь становится бессвязной и путанной, у Рафы каждое слово звучит как выстрел у виска, как приговор инквизиции, как глас судьбы! При этом понять, что Рафа выпил, практически невозможно.
Что касается фигуры… Ну представьте, как выглядит тяжеловес, борец по дзюдо. Представили? Так вот это Рафа.
После недолгих препирательств, решили поехать на пляж, заехав по дороге на небольшую ферму по производству знаменитой кактусовой водки «текилы», чтобы вечером было… Ну, сами понимаете.

Я специально не описываю наших жен. Во-первых, это небезопасно. Мало ли чего им не понравится: не могу так рисковать своим здоровьем. Во-вторых, это бестактно.
Ну и, в-третьих, какое значение имеет мое описание их внешних и духовных качеств? Если они наши жены, значит, лучшие в мире. Пусть всегда будет солнце, ура!

Глава 2. Экскурсия по текиловой фабрике
Экскурсию по текиловой фабрике с нами провел брат её владельца. Симпатичный мужчина во всем белом с черными усами, как у Кларка Гейбла, хороший был артист. Царство небесное…
Начал он свой показ серьёзно. Но когда мы увидели старинные тяжелые каменные жернова, при помощи которых давили сок из кактусов, и стали впрягаться в качестве тягловой силы вместо осла, испокон веков исполняющего эту обязанность, наш экскурсовод понял, что с этими русскими серьезно не получится.
Ну, и началось. Как только мы не исследовали процесс изготовления текилы: и кактус кусали, и ритуальные танцы в индейских перьях танцевали. Сын дона Педро, не поверите, именно так звали этого симпатичного мужчину, играл с товарищами на мексиканских барабанах, потом сына сменил я, а он танцевал с нашими подругами древние танцы индейцев Майя.
Кульминацией этой экскурсии стала дегустация разных сортов текилы.
Я уже писал, что не пью тяжелых напитков, хотя здоровье и некоторая излишняя масса тела позволяли бы иногда нарушать каноны трезвости. Но тут, грешен, не устоял.
Выглядело это приблизительно так: брат хозяина, он же дон Педро, он же Петруха, он же брательник Петя, доставал очередную бутылку с очередным сортом текилы. Говорил, сколько ей лет, наливал в маленькие стопочки, и мы, почти все (некоторые жены не признаются, а напрасно!), хором повторив за ним испанский стих в приблизительном переводе: «Да здравствует текила, напиток богов!.. Оле!», залпом опрокидывали в себя этот напиток древних индейцев. «Да здравствует текила! Нас она взбодрила. Оле!»
Когда после пятого или шестого «Оле!» мы достаточно «натекилились», дон Педро предложил купить по бутылке на память о его магазине. Естественно, мы взяли по две, а кое-кто и по три бутылки, учитывая тот факт, что нам предстоял праздничный обед в мексиканском ресторане. Надо ли говорить, что Петруха, он же дон Педро, он же брательник Петя, крепко обнял каждого из нас на прощание и даже прослезился от полноты чувств. Мы допили «на посошок» лучшую текилу из его запасов и поехали дальше.
Как писали в школьных диктантах: «усталые, но довольные, мы вернулись» в наш микроавтобус. Сухонький пожилой мексиканец-водитель понимающе улыбался, глядя, как мы легко и весело или «слегка навеселе» грузились в автобус.

Глава 3. Особенности национального ограбления
Как только автобус тронулся, мы сразу затянули мексиканскую народную песню: «Кукурукурукуку… компания!», а потом «Кукарача!»
Я сидел рядом с водителем и вел экскурсию: «Посмотрите направо – там пустыня, потому что русские туристы подавили все кактусы на текилу! Посмотрите налево – там изумрудные волны Карибского моря ждут все тех же русских-американо-азербайджано-израильских сумасшедших, чтобы принять в свое лоно…»
- Куда, куда принять? – меня стали засыпать вопросами.
- В лоно, Толик, в лоно. Если ты забыл, что это такое, спроси у жены. У вас сегодня годовщина свадьбы. Ты помнишь первую брачную ночь?
- Кто бы говорил? Пенсионер, старикашка! Ты все уже профнепригоден! – это моя. Любит меня опускать. Ну-ну. Ты вечером придёшь ко мне, подожди…
- Не знаю, - заметил я мечтательно, - когда я вижу этих темнокожих красавиц, на ягодицах которых при ходьбе можно спокойно поставить стопку с текилой…
- И ломтик лимона, - добавил Толик.
- И чуть солью присыпать, - добавил Рафа.
- Да, именно, «текилы стопку ей на попку», то я понимаю, что мне в жизни все еще не хватает сексуального опыта, - сказал я и покосился в сторону жены.
- Дорогой, - ласково сказала жена, - еще одна подобная идея и у тебя от сексуального опыта останутся одни воспоминания.
-Понял, не дурак… Ребята, на счет три… Раз, два, три: «А кукарача, а кукарача, это рыжий таракан…» - заорал я так, что водитель вздрогнул, и наш автобус слегка дернулся.
Все радостно подтянули старую мексиканскую народную песню.
Но тут я увидел, что «микрик» обогнал скутер, на котором сидели два мексиканца. Наш водитель вынужден был резко затормозить. Он что-то ругательное крикнул в сторону скутера и его пассажиров. Тот, что сидел сзади решительно направился к нашему автобусу. Это был маленького роста, не выше метра пятидесяти, корявенький худой мужчинка лет пятидесяти. Он резко вспрыгнул в автобус и, приставив мне пистолет к пузу, громко сказал: «Мани!» Мы, конечно, ничего не поняли и я сказал, глупо улыбаясь:
-О! Комрад, амиго! Вива Мексика! Что тебе, брательник? Текилы хочешь?
-О, Мадонна! – сказал по-испански водитель и вжался в свое кресло.
Скорее по его восклицанию до меня дошло, что происходит.
А происходило примерно следующее: нас грабили. Вернее, пытались ограбить. Самым банальным способом, сунув мне в пузо пистолет.
Те, кто сидел сзади, не сразу разглядели что происходит.
Толик вообще дремал всю дорогу. Женщины наши показывали друг другу фотки в телефонах, а я, все еще улыбаясь, смотрел в маленькие желтые глаза грабителя. И даже похлопал его по плечу:
-Ты чего, родной? Мы же свои, русские… Руссо, фром Москва…
От моего похлопывания он невольно присел и разозлился. Должен заметить, к своему стыду, что тогда у меня было довольно объемное пузо, то есть немного больше, чем сейчас. И рука с пистолетом, упертая в мой живот, слегка там утонула.
Женщины как раз начали обсуждать, покупать ли им новые купальники сейчас, по дороге на пляж, или на корабле. С одной стороны, на корабле надежнее, в смысле качества. С другой - если купить сейчас, то, во-первых, это дешевле, а во-вторых, логично будет сразу их и обновить на прекрасном мексиканском пляже.
Видимо грабитель решил, что я не вижу пистолета из-за живота, и поэтому неправильно реагирую. Тогда он заорал как резаный:
-Мани! Мани! Доллар!
И для убедительности пальнул в воздух, то есть в крышу автобуса. Это была его роковая ошибка.
Сразу после выстрела стало удивительно тихо. До всех, наконец, дошло, что происходит. Но я, как и любой россиянин, да и вообще нормальный человек, не люблю, когда на меня повышают голос. Я, закаленный в московских пробках, развитым социализмом, недоразвитым капитализмом, переживший комсомол, студенческие отряды, отслуживший два года в стройбате советской армии, имевший первый разряд по спортивному пятиборью, видевший живого Горбачева и мертвого Ленина, переживший несколько дефолтов, кризисов и ЖКХ… И, наконец, я - чрезмерно упитанный молодой пенсионер, буду терпеть, как какой-то придурок, не говорящий по-русски, машет у меня перед носом пистолетом величиной с чайник?! Да ни в жизнь!
Все эти мысли вихрем пронеслись у меня в голове СЕЙЧАС. Мы все крепки «задним умом». А ТОГДА в голове моей не было ничего, кроме паров замечательной текилы и шикарного настроения, которое никак нельзя было испортить.
Поэтому я сделал то, что сделал и это ни в коем случае повторять нельзя!
Короче говоря, когда я увидел перед своим носом поднятую руку с огромным никелированным пистолетом, направленным, как вы помните, в потолок микроавтобуса, я взял за кисть и слегка приподнял этого, может быть сильного, но очень лёгкого, горе-грабителя. Тут уже было сказано, что росточка он был небольшого, а телосложения тщедушного. Значит, и веса бараньего.
Пистолет больно защемил его пальцы, мексиканец заверещал быстро-быстро, болтая кривыми ногами по воздуху, и пытаясь при этом пальцами ног упереться в пол, как балерина.
Вот так, почти на цыпочках, я вынес его из автобуса. А на улице нас ждали его подельники: подъехал еще один скутер и еще одна пара «хоббитов». Один из этих парней даже вытащил огромный складной нож. Все они махали руками и ругались.
Но тут из автобуса стали по очереди появляться мои товарищи. После меня, почти навесу держащего за пистолет самого старшего, у которого пальцы аж побелели, так я их прищемил, но отпускать пока не собирался, Рафа в маечке с бретельками, не скрывающей его борцовых плеч, за ним - сынок Рафы, метр восемьдесят пять, за ними Толяныч, зевая, потягиваясь, еле протиснувшись в дверь микоравтобуса и потирая ладони величиной с саперные лопатки, и наконец, вышел Эльмар в отглаженной с иголочки сорочке, как на прием, и в лёгком пиджачке, с почти мексиканскими усами, похожий на дона кокаиновой мафии. Он недовольно спросил:
- А что происходит? Почему стоим? Я умираю, хочу в туалет! Текила проситься обратно. Или мы поедем, или со мной будет конфуз.
И выражение лица у Эльмара при этом было очень озабоченно-недовольное.
Бандиты, не поняв ни слова, тем не менее, невольно попятились назад.
- Да вот, - сказал я, - пистолетик красивый, - и стряхнул мексиканца с пистолета.
Тот, поджав руку, поспешил ретироваться к своим. А я передал пистолет своим ребятам. Команда грабителей собралась в стайку. Тот, что с ножом, быстро убрал его обратно и сел на скутер.  Водитель куда-то названивал. Видимо в полицию. Моя жена, как всегда не разобравшись в ситуации, высунулась из окна автобуса и закричала:
- Миша! Отстань от людей! Поехали дальше! Вечно он к кому-нибудь пристает!
В этот момент я передал пистолет Рафе, который возвышался за моей спиной. Ну пусть посмотрит, ему же интересно. Мальчик, который «метр восемьдесят», аккуратно всё фиксировал на смартфон.
Как только Рафа стал рассматривать пистолет, два худеньких, но жилистых бандюгана попытались отнять его. Сначала один начал прыгать, как эрдельтерьер за мячиком, чтобы добыть пистолет, который Рафа держал на вытянутой вверх руке. И было смешно, как в старых кинокомедиях, очень уморительно. Грабитель, беспрерывно матерясь на испанском, требовал отдать ему пистолет и прыгал. Ну, ни дать, ни взять Гулливер играет бейсбол с лилипутами.
Причем, мы-то с вами понимаем, чем рисковал этот чудак на букву «М». Был бы Рафа чуть менее благородным человеком, он бы просто тюкнул этого горемыку по темени, сделав его до конца дней идиотом, и был бы прав. К тому же было и так понятно, что тот идиот. Но не таков наш человек! Тут, как назло, второй схватил Рафу за вторую руку. Так мексиканцы и повисли, каждый на одной руке.
Но разве знали эти «джентльмены неудачи», что схватить борца дзюдо за одну руку двумя своими, это сделать ему подарок, чтобы он смог провести свой самый лучший приёмчик из репертуара на «черный пояс».
Что там сделал Рафа, как «подсек» или «бросил» этого несчастного, я разглядеть не успел. Помню только, что он летел параллельно земле метров 12 и остановил его ствол пальмы, в который нападавший врезался своей башкой. Кино отдыхает. Хотите - верьте, хотите - нет!
Второй, который всё прыгал за пистолетом, наоборот, полетел под углом 45 градусов к земле. В воздухе он находился минуты полторы-две. При этом во время полета, он не переставал тараторить и чаще всего мы слышали: «Санта Мария!» Только мне было непонятно: он ее ругает или взывает к ее милосердию?
Приземлился бандит аккурат промеж двух огромных кактусов, успев только выдохнуть от удара: «Ё!» и затих. Видимо, Санта Мария его услышала.
- Йес! Трехочковый! – сказал я.
Последний из нас, кому пистолет попал в руки, был Эльмар. Он направил оружие в сторону мексиканцев и спросил:
- А это настоящий? Что-то он очень похож на игрушку.
- Не знаю, - сказал Рафа, - может это и игрушка, но дырку в крыше автобуса он оставил настоящую.
- Эльмар, ты с ума сошёл! – Марина тоже высунулась из окна. – Верни эту штуку обратно! Всё равно с ней на корабль не пустят! Брось её, сказала!
Жена Толика Лика вышла из автобуса с литровой пластиковой бутылкой воды в руках и сказала:
- Если вы сейчас же не поедете на пляж, я уеду с этими мексиканцами.
И подошла вплотную к группе горе-разбойников. Те отступили к своим скутерам, не сводя глаз с широкой Ликиной фигуры.
Тут случилось самое неожиданное. Тот самый маленький и корявенький бандит, который первым тыкал мне в живот пистолетом, вдруг поднял свои руки к небу и заплакал. Это только потом до нас дошло, что он был на мушке у Эльмара и думал, что настал его смертный час. Не замечающий этого Эльмар повёл пистолетом из стороны в сторону и произнёс:
- Хорошая штука… Пуф! – сказал, но не выстрелил, а мексиканец рухнул на дорогу.
- Ты чего, малыш? – спросила Лика. - Они тебя обижают, эти мальчиши-плохиши? Вставай, маленький!
И протянула руку, чтобы погладить низкорослика по головке. Но этот неблагодарный туземец вдруг сорвал с шеи Лики золотую цепочку и бросился к скутеру. Мексиканец ловко запрыгнул на заднее сидение, а его подельник дал газу.
Но это явно был не их день! Вот бывают такие дни, когда не везёт ни в чём! Бывают. Сегодня у этих несчастных был именно такой критический день. Даже жалко их стало.
Во-первых, скутер не «феррари» и с места не может рвануть, как гоночный болид. Он только вяло пукнул два раза как старая бабка перед сном и натужно «запылил» в сторону деревни. Ну, а во-вторых, Толик недолго думая, выхватил у Лики из рук литровую бутылку, наполненную водой и, как в лучшие годы, метнул ее вслед удаляющемуся скутеру, точно мяч бросал в ворота соперника. Бутылка долбанула неудачника в затылок. Бросок был таким сильным и точным, что этот горе-разбойник, как кегля из боулинга, ткнул головой своего товарища тоже в затылок, тот резко навалился на руль и скутер перевернулся через переднее колесо.
Двое других тоже попытались скрыться на втором скутере. Но Рафа приподнял его за багажник так, что заднее колесо вертелось в воздухе, и как бы ни газовал мелкий, во всех смыслах, воришка, скутер не мог сдвинуться с места. При этом оба придурка орали что-то по-испански. Видимо, матерились. Наших жен всё это стало раздражать, и они начали кричать, чтобы мы не трогали этих идиотов, потому что все давно хотят на пляж!
Толян в это же время вытряхивал из бедняги, получившего бутылкой по голове, золотую цепочку жены. Бандит верещал так, что почти перекрикивал наших женщин.
Водитель автобуса, несмотря на тщедушное телосложение, тоже очень громко пытался нам что-то объяснить, размахивая руками.
- Ребята, хватит. Тихо, - я пытался урезонить всех. Но гвалт стоял такой, что звуки разлетались на километр от этого места.
Тут Эльмар наконец-то решился и пальнул из пистолета в воздух. «Ба-бах!!!» Наступила долгожданная тишина, сквозь которую по нарастающей стал слышен вой сирены. Видимо, водитель автобуса дозвонился-таки в полицию. Рафа, конечно, тут же отпустил скутер. И правильно: как потом докажешь, что это не ты на них напал? Толик, получив цепочку, тоже успокоился. Бандиты рванули в сторону деревни, а Эльмар аккуратно стер влажными салфетками, которые дала ему мудрая Марина, отпечатки своих пальцев с пистолета и положил его на землю.
У прибывшего полицейского офицера был такой же живот, как и у меня. Только ростом он был ниже меня на голову. Он медленно выкатился из машины, очень важно выслушал все, что наговорил ему наш водитель. Потом долго осматривал мой живот. Тут мы поняли, что плакал наш пляж. А так хотелось нырнуть в лазурное море! Полицейский приступил к осмотру пистолета. Очень не торопясь. То есть вообще.
Объясняться с ним пошла Яна, жена Рафа, которая продремала весь конфликт на заднем сидении автобуса и практически ничего не видела.  Но у Яны есть удивительная способность говорить о многих вещах так, что собеседник сразу и безоговорочно верит, что дело обстоит именно так, как говорит Яна. Иначе быть просто не может! Она изложила полицейскому свое краткое видение происшедшего инцидента. Не знаю, что она ему там говорила, но как бы там ни было, через полчаса мы уже грелись на белоснежном песочке лучшего на острове пляжа.
Пережитое приключение виделось уже не таким забавным. На все «а если бы он все-таки пальнул тебе в живот…», я беспечно махал рукой: «Мои жиры не допустят постороннего вмешательства…»

Глава 4. Контрабанда
После пляжа был замечательный мексиканский ресторанчик с музыкой. Но этот случай требует отдельного описания. В следующий раз.
После ресторана мы пошли на корабль. Тут возникла проблема: на судне такого класса нельзя проносить спиртное. То есть приносить можно, но его тут же отбирают и выдают только в конце круиза перед выходом на берег.
А у нас, вы помните, по три бутылки на нос. Ну, то есть после обеда осталось по две, но и их надо как-то пронести.
Сумки и пакеты не просвечивают на спецприемнике, но огромные квадратные бутылки в карман не спрячешь. Что делать? Как поправлять здоровье вечером? Внос спиртного на борт запрещен. Но разве нашего человека когда-нибудь останавливали подобные мелочи?
Толян и Рафа купили пончо, по одному на брата. Самые большие и самые дешевые. Ну вы знаете, что такое пончо – это такое теплое одеяло с дыркой для головы. Они закрывают человека сзади и спереди, оставляя свободными руки. Так как оба были в шортах, то было смешно смотреть, как из-под одеяла торчат голые ноги в шлепанцах.
- Вы похожи на пионервожатых, которых пионеры забыли в лесу во время похода.
В ответ на это, наши умельцы запихнули себе за пояс по две бутылки текилы спереди и по одной сзади. Ну а сверху накрылись пончо. Не придерешься: туристы в сувенирах!
В какой-то момент у Толяна одна бутылка стала выскальзывать из-за пояса. Толик, как опытный «несун», успел сунуть руку в карман шорт и перехватить там бутылку. Да еще чуть-чуть и согнулся в форме буквы «зю», чтобы остальные бутылки не соскальзывали. Так как одна рука исчезла из поля зрения, то Толик сразу стал похож на ветерана мексиканской Гражданской войны под предводительством Сапаты.
Моя задача была отвлекать проверяющих так, чтобы наши смогли незаметно пройти. Для этого я взял самую маленькую бутылку, трехсотграммовую, в руки и пошел как ни в чем не бывало, как говориться, «морда кирпичом» «ноги веревочкой».
Естественно, меня тут же тормознули с улыбкой, мол «куда прешься с бутылкой».
Тут и начался, собственно, цирк: я громко спрашивал на плохом английском и хорошем русском, мол: «Вай?! Почему?!»
Мне объясняли, мол: «Невозможно… Не положено…», а я им: «Сори! Предупреждать надо!». А они мне: «Вот здесь черным по желтому написано: «Алкоголь NO!!» Андерстенд?!» «Ноу», - упирался я и периодически запевал: «А кукарача, а кукарача…»
Всех вокруг очень веселила моя бестолковость.
Когда я, наконец, «понял», то предложил всем выпить эту несчастную бутылку за здоровье всех дам!
Это развеселило экипаж еще больше. Но пить не стали. Тогда я заставил всех петь вместе со мной «кукарачу», пока упаковывали мою несчастную бутылочку.
Тем временем, наши «казачки» под шумок лихо прочапали мимо проверяющих с ценным грузом за поясом. Было весело. Оставив свой пузырек таможне, я с чувством выполненного долга пошел было к себе.
Но, как только завернул в сторону своей палубы, то почти воткнулся в наших ребят. Они все стояли и ошарашено молчали. А задержала их компания полицейских.
Это, ребята, были настоящие полицейские. Особенно их главный чин. Высокий, в белоснежной форме.
Усы у него были как у Эльмара, у которого, как вы помните, усы были как у покойного Омара Шарифа, хороший был актер… С ним было еще человек пять, среди которых была женщина. Как говорил один мой друг, с такой фигурой она могла бы делать карьеру в любой полиции мира. Если бы вы видели, как смотрелись на её бедре наручники и пистолет, вы бы меня поняли.
Все полицейские о чем-то переговаривались, показывая на нас руками. С ними стоял старший помощник капитана.
- Всё, хана, - тихо сказала моя жена, - теперь из-за вашей текилы нас всех посадят.
Она всегда очень «позитивно» мыслит.
- Не говори ерунды! За бутылку водки? Чушь, - заметила Яна.
- У них другие законы. Это же контрабанда! Пять литров текилы – это не шутки, - сказала Лика, заискивающе улыбнувшись усатому полицейскому.
- Ой, - сказал вдруг Толик, - у меня круглая поползла вниз. Сейчас как бздинется.
- Терпи Толян, - не разнимая зубов, сказал Рафа, - всех запалишь! Прижмись ко мне, легче будет. А про бздинь забудь! Такого ты даже сам себе не простишь.
Толик прижался сзади к Рафе, что выглядело более чем странно.
- Вот именно, - согласился Толик, - это серьезное количество и его отдать этим законникам? Напрасно тащили что ли? – и поправил бутылки под пончо.
- Да ладно, - сказала Яна, - никто нас не посадит.  - и пошла выяснять отношения с полицией.
- Тебя нет – ты же гражданка Америки, - заметила Лика, - а мы здесь нацменьшинство.
- Интересно, - вдруг спросил Эльмар, - а как в мексиканских тюрьмах относятся к азербайджанцам? Я гражданин Азербайджана!
- Вот ещё, вспомнил! – Маринка, жена Эльмара, чувствовала себя уверенней мужа. Она израильтянка. – Надо же, азербайджанский паспорт! Ты его не показывай.
- Их здесь не любят, - почему-то сказал я, - плохо относятся.
- К азербайджанцам? – спросил Эльмар.
- И к ним тоже, - сказал я, - хотя азербайджанцы, женатые на еврейках, пользуются в местных тюрьмах льготами.
- Точно, - подтвердил Рафа, невозмутимо поддерживающий Толика.
- А тебе откуда известно? – съязвила моя. - Ты что, уже сидел здесь?
- Пока нет. Но чувствую недоброе… - парировал я.
- Комон! – сказала Яна и сделала шаг вперед.
Но тут полицейский чин сам подошёл к нам и спросил:
- Мистер Ашумов?
- Йес, - вызывающе ответил я, - и что дальше? Я всё сдал! – и громко  икнул.
- Да он-то в чём виноват? – это моя жена, моя! Львица! За меня готова… Прощаю всё! - Да он, вообще, свою бутылку сдал! – и зачем-то показала куда-то вдаль.
Полицейский, естественно, ничего не понял по-русски. Но он вдруг широко улыбнулся и, протянув мне руку, сказал:
- Сенкью вери мач, мистер Ашумов!
Все ошарашено посмотрели на меня.
Объясняю. Полиция Мексики такая же хорошая, как и во многих других странах мира. То есть, когда ей надо, работает супер.
Они поймали-таки горе-разбойников, неудачников с большой дороги, которые пытались нас ограбить. Тот пузатый дядечка тоже не промах: он быстро выяснил их местонахождение и эту мелкоту «приняли» по полной. Основными доказательствами являлись фото и видео, который сделал наш хитрый водитель и Даник, сын Рафы и Яны.
Мы сидели в небольшом конференц-зале и на экране телевизора транслировали наши похождения. Очень смешно смотрелось, как Эльмар поспешно стирает свои отпечатки пальцев с пистолета. Особое восхищение вызвал бросок Толяна бутылкой. Даник даром время не терял и снял всё приключение на телефон с высоты своего роста. Умный парень: видео того, как мы проносили текилу на корабль, он успел удалить из телефона.
Главная причина, по которой приехали полицейские – это чтобы мы подписали бумаги о том, что у нас нет претензий к администрации острова. Мы, естественно, их подписали.
Потом в присутствии капитана, главный объявил нам благодарность от имени администрации. Я естественно, рявкнул: «Служу России!» А они в качестве сувенира, подарили нам всем…  Что бы вы думали? Ну конечно! По бутылке отличной выдержанной мексиканской кактусовой водки – текилы!
Мою долю мы тут же все и выпили. С разрешения капитана, конечно.
Я пил с девушкой-полицейской, которую, конечно же, звали Мария, на брудершафт, за что имел от жены большие неприятности.
Но оно того стоило.
Когда полицейская делегация покидала корабль, их шеф мне тихо сказал, чтобы в следующий раз такого не делал. Второй раз так не повезет. А потом, повернувшись к капитану, произнёс, весело улыбаясь:
-Крейзи рашн!

Глава 5. Содержит полезные сведения
Как я говорил, когда мы расставались с капитаном полиции, ещё раз заверили друг друга, что у нас нет никаких претензий к администрации острова, а они нигде не опубликуют наши имена.
Только вот недавно вернулись наши друзья, которые были на этом острове и рассказали, что среди местных ходит легенда о том, что наикрутейший русский мафиози с усами, очевидно Эльмар, со своей охраной, женами и детьми (!!!) случайно был подвержен нападению местного пахана, разогнал его банду в 25 человек, но никого не убил, потому что сам – мафиози. Западло своих трогать.
На главном стенде в порту, где висят объявления об экскурсиях, достопримечательностях и прочее, висит огромный плакат, на котором начальник полиции и мы позируем на фоне местной тюрьмы! Ничего, да? При этом все счастливо улыбаются. Даже лица в зарешеченных окнах.
Фамилий, правда, нет. Что да, то-да.
Ещё один плакат висит перед табачным магазином, где я покупал сигары. На нём стою я с дымящейся сигарой в зубах, в дурацких шортах и в распашенке наружу на фоне этого же магазина. И надпись: «Настоящие кабальеро курят настоящие сигары, купившие в настоящем магазине у нас!»
Ну? Видали что-нибудь похожее?! Хотя мне нравится слово «кабальеро». Красиво.
Раздолбаи-бандиты получили маленькие сроки. На них повесили «погонялы», то есть клички: «счастливые придурки». Их главарь же, наоборот, стал пользоваться особым уважением. Перестал сам ходить на дело. Крышует мелких торговцев марихуаной для туристов и открыл маленькую кофейню в порту, которая так и называется «У русского дона Педро» («En ruso Don Pedro»).
Говорят, что, наставляя воровскую молодежь, идущую «на дело», он, в первую очередь, запрещает им приближаться к русским туристам, поднимая вверх тот самый указательный палец, который стал слегка кривоват с тех самых пор.
Ну вот, кажется, я всё рассказал. Конечно, все имена здесь вымышленные. Название острова не скажу, хоть убейте. Хотя, как говорят, в одном из баров висит картина маслом в стиле карибского примитивизма, где я держу на весу за пистолет знаменитого местного авторитета Педро Алехандро Серхио Просперо. Кстати, Просперо по-испански означает – удачливый.

P.S. Полезный совет для тех, кто отправляется в путешествие. Вечером того же дня в ресторане на корабле за ужином к нам подошли два деда. Лет по 90 каждому, два израильтянина из наших эмигрантов. Они были изрядно «подшофе» и, хитро посмеиваясь, сказали:
- Спиртное на корабль надо проносить в бутылках из-под «Кока-Колы». Колу выпил и залил туда что хочешь! «Кока-Колу» не отбирают. Неси спокойно и не надо ничего прятать! Эх, молодежь! Учитесь, пока мы живы.

Михаил Ашумов

Анонс!

Рекомендуем!

СТУДИЯ ЗВУКОЗАПИСИ

Вы смотрите  : Главная Литературное творчество КУКАРАЧА ИЛИ ОГРАБЛЕНИЕ ПО МЕКСИКАНСКИ